Игорь Самолет — художник года Cosmoscow — о листе бумаги, как возможности освободиться от мыслей в голове, блокнотном фетишизме и встрече с самим собой из прошлого (привет, 1984!)
Поздравляем со званием «Художник года». А если бы вы сами себя определяли —вы художник какого года?
Да мне кажется, все совпало. Будто бы вовремя подоспело это внимание. Конечно, я тайно надеюсь, что это не самый мой лучший год, что будут еще другие, не менее насыщенные и интересные. Но и обесценивать не хочется.
Всегда немного грустно, когда ставишь какую-то точку или подводишь итог. В общем, какие-то точные слова вводят меня в уныние. Потому что как будто ты произносишь очень точную формулировку — и тебе кажется, что так оно и есть. Как будто бы это уже состоялось. И нужно двигаться еще к чему-то другому. В общем, какая-то, знаете, такая бесконечная машина. Поэтому суперточности меня немножко нервируют.
А завершенность в целом важна для художника? Нужно в какой-то момент поставить точку или можно улучшать бесконечно?
Конечно, есть структуры, которые нам ставят дедлайны: галереи, институты, школы, где я преподаю, — там есть все эти цифры, даты, календари. Но это больше относится к механике взаимодействия со всеми окружающими людьми. Это не совсем связано с творчеством. А в творчестве тоже, наверное, важно ощущать момент свершения. Но он как-то внутренне генерируется, и ты к нему подходишь ненасильственно, скажем так.
У меня студенты часто спрашивают, когда закончить работу. Но это не точная механика, а ощущение, которое нарабатывается. В течение жизни твои движения становятся более точными, и ты понимаешь, во что ты их укладываешь, к чему они приводят.
А вы сами сколько к этому шли? И был ли у вас человек, которому вы могли задать этот вопрос?
Мне кажется, я не то чтобы сильно спрашивал. Спрашивать было уже бессмысленно. Что принес — то принес. Ну, конечно, когда ты уже начинаешь самостоятельно работать, тебя нет никаких подпорок, — тебе нужно самому структурироваться и быть более точным тоже.
У вас есть работа с цифрами «1984». Что этот год означает для вас?
Какой-то мистической нумерологии в этой работе нет. Просто я родился в 1984 году. И почему-то мне показалась интересной связь с романом Оруэлла «1984», хотя сейчас уже так не кажется. У меня был кусочек ткани, и на нем цифры — 1984, как на торте. Как будто бы праздник, который только начался, а торт уже подъели. В общем, сложная комбинация вот этих смысловых блоков.
А 2026-й — торт или не торт?
2026-й… Ну, я думаю, ничего нового не скажу: он такой… жаркий. Было очень много тополиного пуха. Что такое лето? Это расслабленность в голове. Когда ты встаешь, открываешь глаза и понимаешь, что у тебя безусловно есть дела, но ты можешь спокойно прокрастинировать, без того, что у тебя в кэше какая-то задача постоянно висит. Хочется, чтобы мозг был расслаблен.
Есть ли у вас какой-то проверенный метод? Я читала в одном из ваших интервью про ромашковый чай и магний?
Слушайте, ну ванна с солью еще супер. Часто бывает, когда рабочий день закончился, мозг продолжает что-то совершенствовать, строятся диалоги внутри. И ванна с солью работает идеально. Тело обмякает — и ты сразу проваливаешься в сон. Для меня суперрабочая история. Я сейчас стал следить за вещами, которые меня избыточно тонизируют, начиная с сахара. Кофе — это тоже какая-то странная, неуютная энергия. В общем, все, что тонизирует для меня теперь под вопросом.
А это состояние полезно для творчества?
Я раньше думал, что работает алкоголь… У меня была такая теория: мне очень нравилось приподнятое настроение на следующий день после пары бокалов. Ты в таком кураже после праздника, и появляется минутка меланхолии. И вот эта меланхолия — она очень рабочая. Но сейчас, когда ты просыпаешься утром и думаешь, что у тебя какие-то задачи, и нет сил погрузиться в постпохмельное состояние и что-то там выудить. Я стал более структурированным человеком, потому что много преподаю. Раньше такого безобразия не было, конечно.
Думаете, это ваше внутреннее или внешнее ускорение времени?
Я думаю, что внутреннее, но и внешние обстоятельства влияют. Я кстати заметил, что все теперь отвечают с паузой. Это так классно вообще. Все знают, что тебе сразу не ответят, и нечего напирать. Ты должен понимать, что тебе апишут плюс-минус в течение полудня, например. Это в лучшем случае.
То есть это такая осмысленная пауза? Вы получаете сообщение и не отвечаете — не потому, что не можете, а потому, что понимаете: сейчас можно не спешить?
Слушайте, время есть всегда. Я думаю, это просто внутренняя дисциплина, и кто как привык. Я вот могу подвиснуть, потом у меня очень быстро мозг переключается. Но я как художник могу себе такое позволить. Будь у меня немножко другая профессия, нужно было бы быть точным в некоторых вещах. Но я перестал себя в этом обвинять, скажем так. Я нормально отвечаю, как мне кажется. Вполне в духе времени — с задержкой.
Перейдем к теме номера — бумага, белый лист. Как начинается ваш рабочий или творческий процесс, белый лист перед вами — какое состояние вы испытываете?
Что я испытываю? Ну, желание, конечно, его заполнить как-то грамотно. Вообще, если я делаю эскизы, они у меня складываются, рассовываются везде. И когда мне нужен какой-то эскиз, мне лень зарываться и искать его. Я его рисую заново, такая практика. Мне кажется, лист бумаги — это еще важная единица, модуль архивации твоих мыслей.
